Вход
Сегодня
9 декабря, пятница
  • Сегодня
    clear late
    -17°C..
  • Завтра
    ясно
    -16°C..-8°C
  • $
    63.3901=Р
    -0.5213
  • 68.2458=Р
    -0.2544
  • ¥
    55.8405=Р
    -0.1019
4 сообщения
от коммунальных служб

Кто решит проблему медвежьего питомника в поселке Дубовый Ключ?

Зимой, как известно, медведи спят. Потому что знают, что есть нечего, разве что лапу пососать. Восемь гималайских мишек, живущих в вольерах питомника в селе Дубовый Ключ под Уссурийском, тоже спят. Но с перерывом на обед. Ближе к двум часам дня, как по будильнику, в клетках начивается шевеление. Для пенсионеров Ивана Григорьевича и Любови Григорьевны Лещенко это сигнал – пора кормить!
За один присест питомцы "уговаривают" по двадцать булок хлеба, приправленных то сгущенкой, то молочком или вареньем. Сегодня тут пир. Лесорубы подбросили свежих дубовых веток в сухой листве – мишки ими хрустят, как чипсами. А на десерт будут подгнившие мандарины с уссурийского рынка. Старики Лещенко очень благодарны китайцам, что те иногда разрешают забирать испорченные продукты с помойки.
На две пенсии в шесть - семь тысяч рублей каждая долго с медведями не протянешь. Скорее протянешь ноги, - пишет 'Комсомольская правда'. А питомнику в Дубовом Ключе уже 15 лет! Последние пять он держится на этих пенсиях и сочувствии добрых людей. Сами Лещенко, имея детей, внуков и правнуков и целую жизнь за плечами (каждому из них уже по 75!), крепко держатся друг за друга и за любимое всем сердцем зверье. Да и как не любить того, кого выкормил из соски, выходил, как родного дитятю и тем самым спас от неминуемой гибели?
Старики-гаранты
Всю свою жизнь Иван Григорьевич проработал охотоведом. На пенсию его не отпустили. Ценный кадр - все в лесу знает. Да и характер золотой, с любым найдет общий язык – с охотниками, лесниками, экологами, лесорубами. "Будешь возиться с таежными сиротами", - поручило начальство. Иван Григорьевич и Любовь Григорьевна Лещенко
Момент был горячий. С открытием границы на армию медведей и прочих лесных обитателей двинула армия браконьеров – своих и китайских. Особенно, как известно, соседи ценят медвежьи лапы и желчь. А тут "очень кстати" законодатель вывел гималайцев из Красной книги России и, так сказать, с особым цинизмом разрешил не просто добычу белогрудых, а охоту на берлоге во время воспроизводства. Благодаря этим "шагам" за последние десять лет медвежья популяция, сократившись едва ли не вдвое, находится, по мнению ученых, "в угрожаемом положении".
Как бы ни хотели некоторые экологи, мишкам, в отличие от тигра, вернуться в Красную книгу пока не грозит. А вот во двор маленького домика на окраине поселка Дубовый Ключ к двум неунывающим пенсионерам – это, пожалуйста, без проблем.
В конце 90-х сюда повезли всех, кого не добили в тайге лихие охотнички и не переправили за границу контрабандисты: медвежат, косуль, птенцов... Так в Дубовом Ключе появился "Пункт передержки молодняка диких животных" краевого департамента охоты. Этакий Ноев, вернее, Иванов Ковчег.
В 2005-м департамент ликвидировали. Во вновь созданную административную структуру пенсионеры Лещенко не вписались. Пункт передержки – тоже. Цирки и зоопарки косолапыми переполнены, никому они не нужны
Казенный автомобиль у Ивана Григорьевича, как он выражается, махом забрали. Остальное имущество – клетки, вольер, метлы-лопаты-ломы - новые балансодержатели бросили под расписку. Оставшиеся звери и птицы - четыре гималайских медвежонка, два подросших кабанчика, восемь косулят, два кота диких дальневосточных, грифы и селезни - перешли на баланс пенсионеров Лещенко.
- По Конституции дикие звери - достояние государства, и мы должны их сберечь, - рассудил Иван Григорьевич.
Коли так, то супруги Лещенко стали гарантами Конституции. Без единой гарантии бюджетного финансирования.
Надо было что-то со всем этим делать. И дед Иван придумал. Кабанчиков удалось пристроить к стаду диких сородичей, когда по осени те пожаловали в деревню полакомиться картошкой. Бывалый таежник-охотовед как-то так аккуратно свел своих с "дикарями", и они все вместе ушли в тайгу.
Тем же макаром отправились в лес и косульки. Сначала - что ни день - возвращались, подходили к забору. Потом перестали, привыкли к свободе.
Подкидыши
Остались у Лещенко четверо медвежат. Цирки и зоопарки косолапыми переполнены, никому они не нужны, сказали пенсионерам. Пока думали, что с малышами делать, звонок из Михайловского района: "Григорьич, забери еще двоих!"
- Зимой было дело, - вспоминает старик. - Лесники спилили огромный кедр, в нем – дупло, в дупле – берлога, а оттуда – перепуганная медведица-белогрудка. Они же рожают, когда в спячку залегают. Детеныши появляются на свет малюсенькие – весом
200 - 300 граммов. Тут же к мамке присасываются и так и зимуют до весны.
В общем, мамаша от лесорубов деру, а в дупле – два крохотных медвежонка. Мужики ждут день, другой. Зверюга не возвращается.
- Я к этому делу был уже прикипемши, - продолжает рассказывать Лещенко. - Ладно, говорю, везите! Привозят двоих… в салатнике. Месячные, почти голые, шерстки чуть-чуть, только глазки стали открывать.
И пошло-поехало: соски, кашка, молочко, купание в ванночке.
- А ночь есть ночь, - подключается Любовь Григорьевна. – Запищат – встаю, грею, кормлю. Опять заворочался, значит, в туалет надо. Берешь и держишь над тазом. Сна у нас не было.
Только жизнь стала входить в колею, опять звонок. Из ФСБ. На границе задержали контрабанду – двух медвежат. Куда девать?
- Говорю им, я ж на пенсии, - толкует Иван Григорьевич. – А они: забери, мы тебе спонсоров найдем, помогать будем.
Потом еще одного звереныша из Арсеньева привезли – забрел, сирота, прямо в город, лазил по деревьям, в окна к людям заглядывал.
Очередного малыша-гималайца супруги обнаружили в ящике у ворот. Кто-то точно знал: здесь не бросят подкидыша, дело верняк.
Большому медведю – большое "плавание"
Итого, в общем и целом, до осени прошлого года на руках у славных пенсионеров находилось одиннадцать взрослых (возраст – от двух до пяти лет) гималайских медведей. Сейчас, повторим, их осталось восемь.
Троих питомцев уговорила отдать лично Татьяна Арамилева – начальник управления краевой администрации по охране, контролю и регулированию использования объектов животного мира. Мишек перевезли в Шкотовский район, где выпустили на просторы охотхозяйства "Орлиное".
- Это глухой таежный угол, там даже в сезон никто не ходит, так что возможность случайной добычи полностью исключена, - говорит Татьяна Сергеевна. – Медведи ни разу не выходили к людям. Выпускали мы их в сентябре, когда массакорма. Егеря контролируют ситуацию.
У начальницы управления отношение к питомнику неоднозначное:
- Здесь палка о двух концах. Все хорошо, пока хорошо. Но в прошлом году было зафиксировано 14 нападений медведя на человека. Что касается агрессии, то здесь медведь среди прочих обитателей нашей тайги – чемпион. Так что мое мнение: дикий зверь должен жить в диких условиях.
Кто бы спорил. Но после того как забрали троих, Иван Григорьевич, - нет, чтобы выдохнуть и перекреститься, дескать, все полегче жить будет, - не спал три дня. "Прикипемши", так трудно прощаться. На ты с гималайскими мишками
Вот он идет убирать вольеры, опираясь на палочку. Любовь Григорьевна за ним, с мешком корма. Оба уговаривают меня погладить сквозь прутья клетки здоровенную медвежью башку. Я глажу, мишка лижет мою перчатку. Смешно и страшно.
А летом, рассказывают эти удивительные старики, у них тут, что ни день, гульба. Территория огорожена, медведей выпускают из клеток, и они такое творят! Банди лезет на дуб, Женька плещется в ванне, Нюня качается в гамаке… Иван Григорьевич и Любовь Григорьевна тут же. И, между прочим, без оружия. Я не понимаю, как такое возможно. Ведь не медвежата – звери, большие и сильные. А супруги не понимают, чего тут бояться. Ну, подросли детки, ну, наточили когти-клыки. Так ни разу ж за все годы не рыкнули. А злые они бывают, убежден бывалый охотовед, только от голода. Но пока мы живы, обещают Лещенко, голод "детишкам" не грозит.
Чего эти чудаки-старики и боятся, так это того, что выпущенные на волю их мишки станут "охотничье-промысловым объектом". Или вернутся к людям и бед натворят.
- Они не знают, что в тайге делать, - вздыхает Любовь Григорьевна, - там им никто каши не даст.
Толстый Нюня кивает, хрустит дубовой веткой и тянется за следующей.
И все-таки, думаю, было бы правильно, если бы Татьяне Арамилевой удалось уговорить подвижников Лещенко выпустить на волю всех восьмерых гималайцев. Пора помогать не медведям, а людям. У зверей не отпросишься в отпуск, на больничный или на пенсию. А тут бабушке и дедушке приходится жить у мишек на подхвате да, имея городскую квартиру, ютиться в щитовом домике, где то жар, то стынь.
Иван Григорьевич и Любовь Григорьевна Лещенко стали недавно победителями конкурса нашей газеты "Не будь равнодушным!" Им досталась приличная премия. Денег хватит и на великое переселение белогрудой компании из поселка Дубовый Ключ по медвежьим углам Уссурийского края и на то, чтобы достойно отпраздновать это событие.
Иначе кому они были нужны все эти соски, кашки и бессонные ночи?

← Предыдущая
Ветераны Приморья выполнят приказ Верховного Главнокомандующего
Следующая →
Дальневосточные ветераны не согласны с 'единовременным' парадом

Отправляя комментарий, вы принимаете правила комментирования материалов сайта.

Комментарии

  • Гудвин
    Как показывает практика и наш личный опыт, никому оно не надо, интерес проявили человек 15-20. и силами этих двух десятков человек мало что можно сделать.
  • Natalia
    gde nashi aligarkhi? Kak svyzatsy s Ivanom?